CrazyReality: Любовь в Доме2 фальсифицирована и нелегитимна !

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.

Поговорим - 1З

Сообщений 461 страница 480 из 1000



Clint Watts' Testimony: Russia’s Info War on the U.S. Started in 2014

Clint Watts is testifying morning March 30th before the Senate’s intelligence committee on Russia’s interference in U.S. politics. Here’s what he told the senators.

Свернутый текст

On 26 October 2015, I authored a post at the Foreign Policy Research Institute (FPRI) entitled “Russia Returns as al Qaeda and the Islamic State’s Far Enemy” noting:
“The Russians have used social media-driven information campaigns to discredit the U.S. for years. Facebook and Twitter remain littered with pro-Russian, Western-looking accounts and supporting automated bots designed to undermine the credibility of the U.S. government.”
Just a few weeks later in November 2015, the FBI visited FPRI, notifying their leadership that I had been targeted by a cyberattack. The FBI didn’t say who exactly had targeted me, but I had a good idea who it might be.
In the 18 months prior to the above quote and in the three years leading up to today, two colleagues and I watched and tracked the rise of Russia’s social-media influence operations witnessing their update of an old Soviet playbook known as Active Measures.

For me, I began watching these influence operations in January 2014 after I co-authored an article in Foreign Affairs entitled “The Good and The Bad of Ahrar al Sham.” Hecklers appearing to be English-speaking Europeans and Americans trolled me for my stance on Syrian President Bashar Assad. But these social-media accounts, they didn’t look right—their aggression, persistence, biographies, speech patterns and synchronization were unnatural. I wasn’t the only one who noticed this pattern. Andrew Weisburd and J.M. Berger, the two best social-media analysts I’d worked with in counterterrorism, noticed similar patterns around the troll discussions of Syria, Assad, al Qaeda, and the Islamic State.

Shortly after, in April 2014, we noticed a petition on the website. “Alaska Back to Russia” appeared as a public campaign to give America’s largest state back to the nation from which it was purchased. Satirical or nonsensical petitions appearing on the White House website are not out of the norm. This petition was different though, having gained more than 39,000 online signatures in a short time period. Our examination of those signing and posting on this petition revealed an odd pattern—the accounts varied considerably from other petitions and appeared to be the work of automated bots. These bots tied in closely with other social-media campaigns we had observed pushing Russian propaganda.

Through the summer and fall of 2014, we studied these pro-Russia accounts and automated bots. Hackers proliferated the networks and could be spotted amongst recent data breaches and website defacements. Closely circling them were honeypot accounts, attractive-looking women or passionate political partisans, which appeared to be befriending certain audience members through social engineering. Above all, we observed hecklers, synchronized trolling accounts that would attack political targets using similar talking points and follower patterns. These accounts, some of which overtly supported the Kremlin, promoted Russian foreign-policy positions targeting key English-speaking audiences throughout Europe and North America. From this pattern, we realized we were observing a deliberate, well-organized, well-resourced, well-funded, wide-ranging effort commanded by only one possible adversary—Russia.

Active Measures: Everything Old Is New Again
Soviet Active Measures strategy and tactics have been reborn and updated for the modern Russian regime and the digital age. Today, Russia seeks to win the second Cold War through “the force of politics as opposed to the politics of force.” As compared to the analog information wars of the first Cold War, the Internet and social media provide Russia cheap, efficient, and highly effective access to foreign audiences with plausible deniability of their influence.

Russia’s new and improved online Active Measures shifted aggressively toward U.S. audiences in late 2014 and throughout 2015. They launched divisive messages on nearly any disaffected U.S. audience. Whether it be claims of the U.S. military declaring martial law during the Jade Helm exercise, chaos amongst Black Lives matter protests, or tensions in the Bundy Ranch standoff in Oregon, Russia’s state-sponsored outlets of RT and Sputnik News, characterized as “white” influence efforts in information warfare, churned out manipulated truths, false news stories, and conspiracies. Four general themes outlined these propaganda messages:

·      Political Messages—Designed to tarnish democratic leaders and undermine democratic institutions

·      Financial Propaganda—Created to weaken confidence in financial markets, capitalist economies and Western companies

·      Social Unrest—Crafted to amplify divisions amongst democratic populaces to undermine citizen trust and the fabric of society

·      Global Calamity—Pushed to incite fear of global demise such as nuclear war or catastrophic climate change

From these overt Russian propaganda outlets, a wide range of English-language conspiratorial websites (“gray” outlets), some of which mysteriously operate from Eastern Europe and are curiously led by pro-Russian editors of unknown financing, sensationalize conspiracies and fake news published by white outlets further amplifying their reach in U.S. audiences. American-looking social-media accounts, the hecklers, honeypots, and hackers described above, working alongside automated bots further amplify and disseminate Russian propaganda amongst unwitting Westerners. These covert, “black” operations influence target-audience opinions with regards to Russia and undermine confidence in Western elected leaders, public officials, mainstream-media personalities, academic experts, and democracy itself.

Through the end of 2015 and start of 2016, the Russian influence system outlined above began pushing themes and messages seeking to influence the outcome of the U.S. presidential election. Russia’s overt media outlets and covert trolls sought to sideline opponents on both sides of the political spectrum with adversarial views toward the Kremlin. The final months leading up to the election have been the predominate focus of Russian-influence discussions to date. However, Russian Active Measures were in full swing during both the Republican and Democratic primary season and may have helped sink the hopes of candidates more hostile to Russian interests long before the field narrowed.

The final piece of Russia’s modern Active Measures surfaced in the summer of 2016 as hacked materials from previous months were strategically leaked. On July 22, WikiLeaks released troves of stolen communications from the Democratic National Committee and later batches of campaign emails.  Guccifer 2.0 and DC Leaks revealed hacked information from a host of former U.S. government officials throughout July and August 2016. For the remainder of the campaign season, this compromising material powered the influence system Russia successfully constructed in the previous two years.

On the evening of July 30, my colleagues and I watched as RT and Sputnik News simultaneously launched false stories of the U.S. airbase at Incirlik being overrun by terrorists. Within minutes, pro-Russian social-media aggregators and automated bots amplified this false news story and expanded conspiracies asserting American nuclear missiles at the base would be lost to extremists. More than 4,000 tweets in the first 78 minutes after launching of this false story linked back to the Active Measures accounts we’d tracked in the previous two years. These previously identified accounts, almost simultaneously appearing from different geographic locations and communities, amplified this fake news story in unison. The hashtags incrementally pushed by these automated accounts were #Nuclear, #Media, #Trump and #Benghazi. The most common words found in English-speaking Twitter user profiles were: God, Military, Trump, Family, Country, Conservative, Christian, America, and Constitution. These accounts and their messages clearly sought to convince Americans a U.S. military base was being overrun in a terrorist attack like the 2012 assault on the U.S. consulate in Libya. In reality, a small protest gathered outside the Incirlik gate and the increased security at the airbase sought to secure the arrival of the U.S. Chairman of the Joint Chiefs of Staff the following day.

This pattern of Russian falsehoods and social-media manipulation of the American electorate continued through Election Day and persists today. Many of the accounts we watched push the false Incirlik story in July now focus their efforts on shaping the upcoming European elections, promoting fears of immigration or false claims of refugee criminality. They’ve not forgotten about the United States either. This past week, we observed social-media campaigns targeting Speaker of the House Paul Ryan, hoping to foment further unrest amongst U.S. democratic institutions, their leaders and their constituents.

As we noted two days before the presidential election in our article describing Russian influence operations, Russia certainly seeks to promote Western candidates sympathetic to their worldview and foreign-policy objectives. But winning a single election is not their end goal. Russian Active Measures hope to topple democracies through the pursuit of five complementary objectives:
·      Undermine citizen confidence in democratic governance
·      Foment and exacerbate divisive political fractures
·      Erode trust between citizens and elected officials and democratic institutions
·      Popularize Russian policy agendas within foreign populations
·      Create general distrust or confusion over information sources by blurring the lines between fact and fiction

From these objectives, the Kremlin can crumble democracies from the inside out creating political divisions resulting in two key milestones:
1) the dissolution of the European Union and
2) the breakup of the North American Treaty Organization (NATO).
Achieving these two victories against the West will allow Russia to reassert its power globally and pursue its foreign-policy objectives bilaterally through military, diplomatic, and economic aggression. Russia’s undeterred annexation of Crimea, conflict in Ukraine, and military deployment in Syria provide recent examples.

Why did Soviet Active Measures fail during the Cold War but succeed for Russia today?
Russia’s Active Measures today work far better than that of their Soviet forefathers. During the Cold War, the KGB had to infiltrate the West, recruit agents, and promote communist parties and their propaganda while under watch by Western counterintelligence efforts. Should they be too aggressive, Soviet spies conducting Active Measures amongst U.S. domestic groups could potentially trigger armed conflict or would be detained and deported.

Social media provides Russia’s new Active Measures access to U.S. audiences without setting foot in the country, and the Kremlin smartly uses these platforms in seven ways to win Western elections.

First, Russia chooses close democratic contests where a slight nudge can usher in their preferred candidate or desired outcome.
Second, Russia targets specific audiences inside electorates amenable to their messages and resulting influence—in particular, alt-right audiences incensed over immigration, refugees, and economic hardship.
Third, Russia plans and implements their strategy long before an election, allowing sufficient time for cultivating an amenable audience ripe for manipulation.
Fourth, their early entry into electoral debates allows them to test many messages and then reinforce those messages that resonate and bring about a measurable, preferred shift in public opinion.
Fifth, Russia brilliantly uses hacking to compromise adversaries and power their influence messaging—a tactic most countries would not take.
Sixth, their employment of social-media automation saturates their intended audience with narratives that drown out opposing viewpoints.
Finally, Russia plays either side should the contest change—backing an individual candidate or party so long as they support a Kremlin policy position and then turning against the same party should their position shift against Russia.

The implications of Russia’s new Active Measures model will be twofold. The first is what the world is witnessing today—a Russian challenge to democracies throughout the West. Russian influence surfaced in Eastern Europe elections and the United Kingdom’s Brexit vote before the U.S. presidential election, helped bolster a losing far-right candidate recently in the Netherlands, and right now works diligently to shape the upcoming 2017 elections in France and Germany. Over the horizon, Russia has provided any authoritarian dictator or predatory elite equipped with hackers and disrespectful of civil liberties a playbook to dismantle their enemies through information warfare. Fledgling democracies and countries rife with ethnic and social divisions will be particularly vulnerable to larger authoritarian regimes with the time, resources and patience to foment chaos in smaller republics.

The U.S. Can Counter Russia’s Modern Active Measures
America can defuse Russia’s Active Measures online by undertaking a coordinated and broad range of actions across the U.S. government. Currently, the U.S. ignores, to its own detriment, falsehoods and manipulated truths generated and promoted by Russia’s state-sponsored media and their associated conspiratorial websites. While many Active Measures claims seem ridiculous, a non-response by the U.S. government introduces doubt and fuels social-media conspiracies. The U.S. should generate immediate public refutations to false Russian claims by creating two official government webpages acting as a U.S. government “Snopes” for disarming falsehoods. The U.S. State Department would host a website responding to false claims regarding U.S. policy and operations outside U.S. borders. The U.S. Department of Homeland Security would host a parallel website responding to any and all false claims regarding U.S. policy and operations domestically—a particularly important function in times of emergency where Russian Active Measures have been observed inciting panic.

Criminal investigations bringing hackers to justice will continue to be vital. However, the FBI must take a more proactive role during investigations to analyze what information has been stolen by Russia and then help officials publicly disclose the breach in short order. Anticipating rather than reacting to emerging Russian data dumps through public-affairs messaging will help U.S. officials and other American targets of kompromat prepare themselves for future discrediting campaigns.

Russian propaganda sometime peddles false financial stories, causing rapid shifts in U.S. company stock prices that hurt consumer and investor confidence and open the way for predatory market manipulation and short selling. At times, U.S. business employees unwittingly engage with Russian social-media hecklers and honeypots putting themselves and their companies at risk. The Departments of Treasury and Commerce should immediately undertake an education campaign for U.S. businesses to help them thwart damaging, false claims and train their employees in spotting nefarious social-media operations that might compromise their information.

The Department of Homeland Security must continue to improve existing public-private partnerships and expand sharing of cybertrends and technical signatures. This information will be critical in helping citizens and companies prevent the hacking techniques propelling Russian kompromat. Finally, U.S. intelligence agencies have a large role to play in countering Russian Active Measures in the future, but my recommendations in this regard are not well suited for open discussion.

The most important actions to diffuse Russia’s modern Active Measures actually come from outside the U.S. government—the private sector and civil society. Russia’s social-media influence campaigns achieve great success because mainstream media outlets amplify the salacious claims coming from stolen information. If forewarned by law enforcement of a Russian compromise (as noted above), the world’s largest newspapers, cable-news channels and social-media companies could join in a pact vowing not to report on stolen information that amplified Russia’s influence campaigns. While they would stand to lose audience in the near term to fringe outlets, Russia’s Active Measures would be far less effective at discrediting their adversaries and shaping polities if they lacked access to mainstream media outlets. Mainstream media outlets unifying and choosing not to be Kremlin pawns would also be a counter to Russia’s suppression of free speech and harsh treatment of journalists and the press.

Social-media companies have played an outsized role in recent elections as they increasingly act as the primary news provider for their users. Tailored news feeds from social-media platforms have created information bubbles where voters see only stories and opinions suiting their preferences and biases—ripe conditions for Russian disinformation campaigns. In the leadup to the 2016 election, fake news stories were consumed at higher rates than true stories. As a result, Facebook initiated a noble effort to tag fake news stories for their readers. But Facebook’s push must be expanded and joined by other social-media companies or they will be overwhelmed by the volume of stories needing evaluation and will find difficulty protecting freedom of speech and the freedom of the press.

Social-media companies should band together in the creation of an Information Consumer Reports. This non-governmental agency would evaluate all media organizations, mainstream and otherwise, across a range of variables producing news ratings representative of the outlet’s accuracy and orientation. The score would appear next to each outlet’s content in web searches and social-media streams providing the equivalent of a nutrition label for information. Consumers would not be restricted from viewing fake news outlets and their erroneous information, but would know the risks of their consumption. The rating, over time, would reduce consumption of Russian disinformation specifically and misinformation collectively, while also placing a check on mainstream media outlets that have all too often regurgitated false stories.

Over the past three years, Russia has implemented and run the most effective and efficient influence campaign in world history. Russian propaganda and social-media manipulation has not stopped since the election in November and continues fomenting chaos amongst the American populace. American allies in Europe today suffer from an onslaught of hacks and manipulation, which threaten alliances that brought U.S. victory in the Cold War. The U.S., in failing to respond to Russia’s Active Measures, will surrender its position as the world’s leader, forgo its role as chief promoter and defender of democracy, and give up on over 70 years of collective action to preserve freedom and civil liberties around the world.

Our nation’s democratic principles and ideals are under attack by a kleptocratic Russian regime sowing divisions amongst the American public and Western society through information warfare. Russia’s strategic motto is “divided we stand, divided we fall”. It’s time the United States remind the world, that despite our day-to-day policy debates and political squabbles, we stand united, alongside our allies, in defending our democratic system of government from the meddling of power-hungry tyrants and repressive authoritarians that prey on their people and suppress humanity.

Clint Watts has been a fellow on national security and the Middle East at the Foreign Policy Research Institute since 2011, and is a senior fellow at the Center For Cyber and Homeland Security at The George Washington University. He is co-author of the recently published, "Trolling for Trump: How Russia Is Trying to Destroy Our Democracy." … -2014.html

Отредактировано belle (2017-04-10 01:03:33)



Президент США Дональд Трамп обсуждает вопрос о возможности применения новых антироссийских санкций, а также санкций против Ирана в связи с ситуацией в Сирии, сообщила американский постпред при ООН Никки Хейли.

"Президент намерен обсудить этот вопрос, и процесс обсуждения уже идет", - заявила она в эфире телеканала CNN в воскресенье.

Хейли также заявила, что США располагают доказательствами того, что именно сирийская военная авиация применила химическое оружие, и с ними ознакомлен президент. Однако, отметила дипломат, доказательства основаны на "секретных материалах" и в настоящее время разглашению не подлежат.

О том, что в ходе предстоящего на будущей неделе визита в Москву госсекретарь США Рекс Тиллерсон может выдвинуть обвинения России в соучастии и сокрытии военных преступлений, совершаемых режимом Башара Асада, рассказала ранее газета New York Post, не сообщая об источниках информации.

Британская Sunday Times пишет в воскресенье, что Тиллерсон потребует от Москвы отказаться от поддержки "кровавой диктатуры" Асада. Она утверждает, что глава американского внешнеполитического ведомства предъявит в Москве доказательства того, что "Россия знает и пытается скрыть, что Асад на минувшей неделе применил зарин".

Также госсекретарь США обвинит Россию в нарушении соглашения от 2013 года о наблюдении за уничтожением сирийского химического оружия, заявив, что таким образом РФ не выполнила своих обязательств в этой области, пишет издание.

Отредактировано belle (2017-04-10 00:32:59)



80 лет Белле Ахмадулиной


перевод Беллы Ахмадулиной


Опять смеркается, и надо,
Пока не смерклось и светло,
Следить за увяданьем сада
Сквозь запотевшее стекло.

Давно ли, приминая гравий,
Я здесь бродил, и на виду,
Словно букет меж чистых граней,
Стояло дерево в цвету.

Как иноземная царевна,
Казало странные черты,
И пахли горько и целебно
Им оброненные цветы.

Его плодов румяный сахар
Я собирал между ветвей.
Оно смеялось – добрый знахарь
Той детской радости моей.

И всё затем, чтоб днем печальным
Смотреть немея, не дыша,
Как в легком выдохе прощальном
Возносится его душа.

И – всё охвачено верченьем,
Круженьем, и в глазах темно.
Как будто в небе предвечернем,
В саду моем красным-красно.

Сиротства огненный оттенок
Ложится на лицо и грудь,
Обозначается на стенах
В кирпич окрашенная грусть.

Я сам, как дерево седое,
Внутри оранжевой каймы
Над пламенем и над водою
Стою в предчувствии зимы.

Отредактировано belle (2017-04-11 01:37:07)




Как я была диктатором

В субботу я диктовала Тотальный Диктант на самой маленькой петербургской площадке - в магазине "Svalka", это Лиговский, 50, корпус 16. Пишущих собралось человек 30, наверное. Может, и сорок - я не умею оценивать количество людей, знаю только, что должно было быть 50, но пришли не все.
Как все было.
Накануне мне выслали подробную инструкцию и пример диктанта из прошлых лет.
В инструкции был, например, вот такой абзац:

Поскольку на Тотальный диктант приходят люди разного возраста и ручкой сейчас они пишут мало, некоторые участники диктанта могут не успевать за чтецом и просить повторить. Чтобы атмосфера не была напряженной, лучше заранее описать порядок диктовки – сказать, что каждое предложение будет читаться целиком, потом по частям, потом снова целиком. Если участники будут просить что-то повторить, стараться спокойно это делать («Не переживайте, всё повторю» J). Если участники попросят уточнить звучание слова, не связанное с его орфографическим написанием (например, не расслышали, во множественном или единственном числе стоит слово), нужно это сделать. В остальном подсказывать пишущим, конечно, нельзя.

Люди на диктант пришли и правда - очень разные. Пенсионерам я не удивляюсь - для них это интересное мероприятие, не требующее денежных вложений, редкая возможность пообщаться с людьми, как-то проверить себя.
Удивляюсь я совсем молоденьким девушкам, студенткам, а то и школьницам. Вот тут они на переднем плане:

Ну неужели в школе сейчас так мало диктантов, что надо идти куда-то и писать еще один? Я, помнится, после школы была счастлива распрощаться с этим видом деятельности.

Текст мне выдали перед самым диктантом. Ну, то есть, за три часа его прислали, потом надо было распечатать... Я боялась, что собьюсь в тексте. Ну, плохо я читаю вслух незнакомые буквы.
Но сбиться мне не дали. Текст для диктатора поражал своей продуманностью.
Во-первых, от имени всех очкариков - благодарю организаторов за крупные буквы. Не пришлось водить носом по тексту.
Во-вторых, на бумаге было вообще все, что мне надо было сказать. То есть, каждое предложение выглядело так:

Следующее предложение. Я видел, как по Невскому ехали тушить пожар - ранней осенью, на исходе дня. Записываем. Я видел, как по Невскому / ехали тушить пожар / – ранней осенью, на исходе дня. Повторяю предложение целиком. Я видел, как по Невскому ехали тушить пожар - ранней осенью, на исходе дня.

В-третьих, в сложных словах и именах собственных было проставлено ударение.
В общем, все для блага человека - и человек этот я.

Я решила, что диктант - это не спринтерский бег с ручкой - и диктовала медленно. Для девушек в первом ряду уточнила, что Ленин - имя собственное, псевдоним человека.

Очень забавно было наблюдать пишущих с "учительского места" - кто-то списывал, кто-то шептался, кто-то нервинчал... Иногда хотелось сказать что-то типа "вон из класса", в голове крутились старые учительские шуточки типа "коллективные работы не принимаем". Но старалась себя сдерживать. Кстати, поняла, почему учитель во время диктовки ходил по классу - действительно, так легче поймать ритм. Так что на стул, выпрошенный у организаторов (самый козырный - мягкий и устойчивый) присела всего пару раз. А если учесть, что "на люди" надела сапоги с неудобными каблуками - ноги болели все воскресенье.

Вообще, проводить тотальный диктант в комиссионном магазине - хорошая идея. Например, один из участников решил уйти, потому что забыл очки для близи - но мы ему нашли подходящие среди продававшихся. С подходящими диоптриями, но женские - поэтому он их решил не покупать, вернул после диктанта.

В общем, получила удовольствие от процесса.
Заодно перед диктантом немного закупилась. Вот трофеи:

Спасибо пригласившим, спасибо организаторам, спасибо пришедшим! Все прекрасны, всех люблю!

Отредактировано belle (2017-04-11 02:03:17)




Гребучие девушки

Во Вьетнаме есть река, которая протекает внутри скал. Увидеть эти внутренности можно, только приплыв туда на лодке. На этой реке немало женщин промышляют греблей, и делают это профессионально. Гребля с помощью мышц таза это очень женственно, и клиент получает большое удовольствие.

Я хотел, конечно, заснять, как меня женщина гребла (по-моему, впервые в жизни) ногами, но по очевидным причинам не смог. Можно только посмотреть, как это происходит с другими.

20170318 103452

Отредактировано belle (2017-04-11 03:32:30)




Пасхальное яйцо от ГП "Антонов" /красивый ракурс/

Отредактировано belle (2017-04-11 02:21:14)



Миллиардер Алишер Усманов решил подать в суд на оппозиционного политика Алексея Навального. Об этом сообщает ТАСС со ссылкой на заявление бизнесмена.

«Навальный вводит людей в заблуждение и его утверждения — клевета. Я долгое время не обращал внимания на его лживые заявления, чтобы не создавать ему лишний PR, но в случае с последними вбросами клеветы он перешел красную черту, обвинив меня в совершении преступления. В этой связи я подаю на Навального иск в суд и обращусь с заявлением в правоохранительные органы», — сказал Усманов.

Как утверждает Усманов,  он ведет свои дела прозрачно и законно, обеспечивая работой сотни тысяч человек, поэтому у Навального нет «морального права» для подобных обвинений.

В начале марта Фонд борьбы с коррупцией (ФБК) Алексея Навального опубликовал расследование о резиденциях премьер-министра Дмитрия Медведева. В частности, в расследовании рассказывается об усадьбе в поселке Знаменское на Рублевке стоимостью около 5 млрд рублей, резиденции в Курской области, виноградниках в районе Анапы, особняке Псехако на Красной поляне, участке около деревни Маслово на Рублево-Успенском шоссе, а также об усадьбе Миловка в Плесе, особняке в Петербурге и двух участков у моря в Краснодарском крае.

Управляющими этих объектов называются друзья и однокурсники Медведева, а также его «доверенные лица».

Авторы расследования утверждают, что, фонд, председателем которого является однокурсник премьера, получил 5 млрд рублей в виде пожертвования от олигарха Алишера Усманова.

Отредактировано belle (2017-04-12 01:53:02)



ЛУККА, Италия/МОСКВА (Рейтер) - Госсекретарь США Рекс Тиллерсон во вторник прибыл в Москву с саммита коллег по семерке наиболее развитых стран, которые поручили ему довести до Владимира Путина общее требование: прекратить поддержку сирийского лидера. Президент Америки Дональд Трамп облачился в традиционную мантию лидера объединенного Запада.

Тиллерсон впервые в России в качестве главы внешнеполитического ведомства США. На встрече в Италии коллеги из стран G7 и ближневосточные союзники сообща призвали Москву отказаться от помощи Башару Асаду, особенно с учетом потрясшей мир газовой атаки, в результате которой погибли дети и мирные взрослые. В 2014 году Россия была изгнана из престижного клуба, носившего название "Большая восьмерка", за аннексию Крыма и говорит, что не интересуется возвращением...

"Нам ясно, что правлению семьи Асадов подошел конец", - сказал Тиллерсон журналистам перед отлетом из Италии.

"Мы надеемся, что российские власти придут к выводу, что в лице Башара Асада нашли ненадежного партнера".

Глава Госдепа обвинил Россию в неспособности исполнить взятые в 2013 году обязательства обеспечить ликвидацию сирийского химического арсенала.

"Эти соглашения наделили Россию ролью гаранта лишения Сирии химического оружия", - сказал он.

"Непонятно, то ли Россия не сумела воспринять эти обязательства со всей серьезностью, то ли обнаружила свою некомпетентность. Но погибшим уже все равно. И мы не можем позволить, чтобы такое повторилось"...

Западные правительства не считают заслуживающими доверия утверждения Кремля о том, что ядовитый газ принадлежал вооруженной сирийской оппозиции. … TP?sp=true

Отредактировано belle (2017-04-12 01:45:33)



"в версии Усманова есть проблема. Большая проблема. Росрестр хранит исторические данные о всех сделках с недвижимостью."

полностью здесь:

Отредактировано belle (2017-04-13 03:56:44)



Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев поручил правительству страны составить график перехода казахского алфавита на латиницу.

"Мы начнем подготовительную работу (по переходу на латиницу - ИФ). Правительство должно составить график для перехода казахского языка на латиницу", - говорится в авторской статье Назарбаева в газете "Егемен Казахстан" (Независимый Казахстан).

"До конца 2017 года после консультаций с учеными и представителями общественности должен быть разработан единый стандарт нового казахского алфавита и графики на латинице", - подчеркнул глава государства.

Отредактировано belle (2017-04-13 03:49:03)





А вот, кстати, полный текст выступления на Совете безопасности ООН представителя Великобритании Мэтью Райкрофта. Того самого выступления, после которого сошел с ума представитель России:

— Спасибо, госпожа председатель [Совета безопасности ООН]. Я также хотел поблагодарить вас, Стаффан [де Мистура, специальный представитель Генсека ООН по Сирии] за ваши неустанные усилия по обеспечению политического урегулирования конфликта в Сирии. Мы постоянно и полностью вас поддерживаем.

Но несмотря на ваши усилия, и усилия этого Совета, а также международного сообщества, народу Сирии отказывали в политическом решении конфликта на протяжении более шести лет. Более шести лет он страдал от все возрастающего, разрастающегося варварства, от фальшивых перемирий и провалившихся договоренностях о прекращении огня.

Более шести лет этот Совет удерживался в заложниках бесстыдной поддержкой, которую Россия оказывает режиму Асада. Поддержкой, которой этот режим хвастается. В течение всего этого времени мы встречались в этом зале, чтобы обсудить злодеяние за злодеянием. Надеясь, что Асад наконец достигнет предела своей жестокости, и, наконец, увидит необходимость диалога. И каждый раз он последовательно достигал все большей жестокости.

Специалисты по химическому оружию из Портон-дауна, Великобритания, проанализировали образцы, полученные из Хан-Шайхуна, и подтвердили содержание нервно-паралитического газа зарин или вещества, схожего с зарином. Поэтому Великобритания разделяет оценку США, что весьма вероятна ответственность режима за атаку зарином на город Хан-Шайхун 4 апреля.

Это отвратительный акт использования химического оружия – оружия, которое Асад согласился уничтожить еще в 2013 году – только последний пункт из списка омерзительных поступков. Этой атакой он ясно дал понять, что он не намерен придерживаться режима прекращения огня или процессу переговоров в Астане, что подрывает доверие к России.

И когда мы скорбим о жертвах химической атаки на Хан-Шайхун, мы не должны забывать о 13,5 миллионах человек, которые из-за Асада нуждаются в срочной гуманитарной помощи, которые остро нуждаются в давно назревшем мире.

Сейчас, и уже некоторое время совершенно очевидно, что Асаду нет место в будущем Сирии.

Но, госпожа председатель, есть способ положить конец этому кошмару, который продолжает терзать сирийский народ. Женевское коммюнике 2012 года и наша единодушная резолюция 2254 определяют путь к миру в Сирии. У нас есть Специальный представитель – вы, Стаффан – который наделен полномочиями сохранять политический процесс и вновь способствовать усилиям ООН. У нас есть оппозиция, которая готова принять прагматический подход на переговорах. И у нас есть миллионы и миллионы сирийцев, как внутри Сирии, так и за ее пределами, требующих долгожданного мира.

И все же мы еще здесь, в этом зале, и режим не проявляет интереса к установлению мира, чему способствует его поддержка Россией в этом Совете в том, чтобы продолжать сбрасывать бомбы, продолжать использовать химическое оружие.

Снова и снова Россия злоупотребляла своим правом вето для защиты режима и для защиты применения химического оружия. И что получила Россия за эти семь вето за шесть лет? Позвольте рассказать вам.

Инициатива России в 2013 году по уничтожению сирийского химического оружия оказалась провалена. Гордость России за переговоры в Астане превратилась в унижение. И авторитет, и репутация России во всем мире были отравлены ядовитой связью с Асадом. Она предпочла примкнуть к убивающему людей, варварскому преступнику, а не к своим международным, равным по статусу компаньонам.

Она выбрала неправильную сторону истории.

Но Россия еще может сменить курс. Для России еще не слишком поздно выполнить свои обязательства как постоянного члена Совета безопасности. Не слишком поздно для России наконец-то использовать свое влияние на режим, чтобы положить конец этому конфликту. Эти усилия должны быть направлены в первую очередь на то, чтобы положить конец использованию химического оружия и бочковых бомб, на то, чтобы добиться прекращения огня и обеспечения доступа гуманитарных организаций.

При этом Россия может создать площадку, необходимую для возобновления политических переговоров, которые приведут к передаче власти правительству, представляющему всех сирийцев.

Если они [Россия] это сделают, если они выберут этот путь, мы будем готовы работать с Россией, чтобы сохранить сирийские институты в переходный период. Мы готовы найти пути сотрудничества с Россией в противодействии ДАЕШ ("ИГ") и другим международным террористическим угрозам. Мы готовы сотрудничать с Россией в качестве конструктивного партнера в этом Совете. Пока Асад предлагает России только позор и унижение, мы предлагаем России нечто другое – еще один шанс работать с международным сообществом в качестве заслуживающего доверия члена.

Итак, госпожа председатель, сирийский народ ждет более шести лет. Сотни тысяч людей погибли. Бесчисленные больницы, школы и дома разрушены. Сейчас, как никогда прежде, международное сообщество должно совместно положить конец этому бессмысленному конфликту.

Вот почему мы стоим плечом к плечу с Соединенными Штатами и поддерживаем их решение о военном ударе по аэродрому Шайрат, откуда начались атаки на прошлой неделе. Мы стоим плечом к плечу с нашими союзниками по G7 и всеми теми, кто стремится предотвратить использование химического оружия и, наконец, обеспечить мир в Сирии.


Отредактировано belle (2017-04-14 01:01:54)



Европейский суд по правам человека удовлетворил жалобу, поданную родственниками детей, погибших или пострадавших в бесланской трагедии 2004 года, а также выжившими, но получившими ранения участниками тех событий.

Суд согласился с мнением заявителей, утверждавших, что российские власти нарушили право их родственников на жизнь (статья 2 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод).

ЕСПЧ постановил, что российские власти не справились с обязанностью предотвратить возможную угрозу жизни людей, погибших в итоге в Беслане. Кроме того, суд счел, что российские власти не сумели спланировать штурм таким образом, чтобы минимизировать угрозу жизни заложников.

Также ЕСПЧ счел избыточным применение силы российским спецназом и военными и признал, что российские власти не смогли обеспечить эффективное расследование случившегося.

Таким образом, суд удовлетворил жалобу заявителей по всем пунктам, касавшимся нарушения права их родственников на жизнь...

Суд взыскал с России по 10 тысяч евро в пользу родственников каждого погибшего человека, по семь тысяч в пользу каждого, получившего тяжелые ранения, по пять тысяч в пользу людей, получивших ранения средней степени тяжести, и по три тысячи легко раненым.

Элла Кесаева, чья дочь Зарина была в заложниках в бесланской школе, сказала Русской службе Би-би-си: "Это победа, конечно".

"Особенно признание нарушений второй статьи. Мы не опасаемся, что государство не будет исполнять решение [ЕСПЧ] - это второстепенные дела, которые нас абсолютно не волнуют. Должностные лица и так его исполнять не будут. Главное - что авторитетный независимый суд признал вину государства", - сказала она.

В свою очередь пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков заявил, что Россия считает неуместной и неприемлемой оценку, которую дал случившемуся в Беслане ЕСПЧ, и предпримет "все необходимые правовые действия" в связи с этим решением.

Суд рассматривал сразу несколько жалоб, поданных инициативной группой "Голос Беслана" и объединенных в одно производство. Общее число заявителей составило 409 человек. Первое заседание по жалобе в ЕСПЧ прошло в 2014 году.

Истцы утверждали, что правительство России не обеспечило соблюдение права на жизнь погибших, применив при штурме здания с заложниками оружие, жертвами которого могли стать сами заложники. Некоторые из заявителей также утверждают, что правительство не обеспечило эффективного расследования теракта.

В жалобах, поданных в ЕСПЧ, говорилось, что российские власти нарушили свои обязательства по защите жизни граждан, не предотвратив теракт.

В частности, обращается внимание на то, что в преддверии 1 сентября в местные правоохранительные органы поступали сообщения о готовящемся теракте, а вечером 31 августа пришло предельно конкретное предупреждение о планируемом захвате заложников по сценарию теракта в Буденновске.

Однако школу в момент нападения охраняла одна безоружная сотрудница милиции Фатима Дудиева, а силы патрульно-постовой службы привлекли к обеспечению безопасного проезда в Нальчик президента Северной Осетии Александра Дзасохова...

1 сентября 2004 года во время торжественной линейки в бесланской школе номер 1 группа боевиков захватила в заложники 1128 человек. Они провели в спортзале и других помещениях школы три дня, мучаясь от жары, жажды и голода. В результате состоявшегося два дня спустя штурма школы погибли 334 человека, из них - 186 детей.

Отредактировано belle (2017-04-14 01:09:04)




В России не будут транслировать Евровидение

Первый канал получил письмо от Европейского вещательного союза с сообщением, что ЕВС не смог урегулировать вопрос об участии в конкурсе Евровидение-2017 участницы от России Юлии Самойловой. Об этом ЕВС сообщает со ссылкой на решение спецслужб Украины.

Первый канал считает отказ украинской стороны абсолютно необоснованным. Причиной его является попытка Украины политизировать конкурс, целью которого на протяжении всей его 62-летней истории было объединение людей.

Европейский вещательный союз по-прежнему предлагает вариант удаленного участия Юлии Самойловой либо ее замены на другого участника. Но Первый канал считает и тот, и другой вариант неприемлемым.

Удаленное выступление дискриминирует российскую участницу и идет вразрез с правилами и принципами конкурса. Вариант замены Юлии Самойловой на другого исполнителя, на наш взгляд, даже не может рассматриваться.

В сложившейся ситуации Первый канал не считает возможным транслировать конкурс Евровидение-2017.


Ну что ж, согласно правилам, в 2018 году Евровидение не примет участника от России. Не примет и в 2019-м, если не будет трансляции в 2018-м.

Отредактировано belle (2017-04-14 01:16:24)




Долги лукавого Луки


Что-то я смотрю, что у нашего Пути-Пута (как его ласково прозвал Дж.Буш-мл.), началась действительно какая-то черная полоса. Все из него веревки вьют и ни в грош не ставят. И ладно бы Трамп – как-никак, глава единственной мировой сверхдержавы, от него и пропустить пару «томагавков» не грех; но ведь, оказывается, Трамп был не первый!

А первым выкрутил руки нашему сверхлидеру ничтожный «батько» из Белоруссии. Сегодня посмотрел «Новости» - и паззл у меня сложился. А то все понять не мог – как же это вдруг Путин сумел давеча «урегулировать» тянувшийся с прошлого года газовый скандал между РБ и «Газпромом» (или между РБ и РФ, что одно и то же)?

Суть дела уже сто раз описывали в прессе, напомню вкратце. «Батьке» еще в прошлом году очень не понравилось, что Россия якобы слишком много берет с Белоруссии за газ, «не по-союзнически» - и он явочным порядком стал платить за российский газ не столько, сколько было положено по договору, а раза в 1,5 меньше, типа «по справедливости». «Газпром», естественно, обиделся, правительство засылало в Белоруссию всякие ноты протеста – но Лука и ухом не вел, продолжая платить вместо 130 баксов за тысячу кубов «справедливые» 70; в ответ крохоборы из «Газпрома» старательно насчитывали «недоплату» как долг Белоруссии. С каждым месяцем «долг», понятно, рос и к весне составлял уже примерно 600 млн. долл. Однако «батько» платить отказывался и держал себя так, как будто и вопроса такого нет.

Казалось бы: если за газ не платят столько, сколько хочет продавец – почему продавец (то есть Газпром) его поставляет? Очевидно, дело было в том, что «вопрос политический», и затевать еще одну полномасштабную «газовую войну» с соседом Газпром не решался (или не получал отмашки). Уж очень получилась бы неприятная коннотация с Украиной…

Однако, чтобы «батьке» жизнь совсем уж медом не казалась, ему стали постепенно урезать поставки российской… нефти – которая опять же всегда шла Белоруссии по льготному тарифу. Такого злодейского давления с разных сторон «батько» не выдержал и стал требовать встречи с Путиным.

И вот она состоялась – вся страна знает, когда и где – потому что именно в этот день и в этом же город имел место тот самый теракт в метро, явно приуроченный к «саммиту». Для метро все кончилось печально, а вот для Путина, вроде бы, очень хорошо: переговоры с Лукой шли 5 часов подряд, но, когда презы появились, они объявили о том, что «все проблемы решены». А когда попросили подробностей, сияющий как именинник Лукашенко заявил, что уладили всё, в том числе и «газовый спор», и что Белоруссия, дескать, в ближайшее же время «погасит долг», все 600 с лишним миллионов баксов. То есть сделает точно то, что Лука наотрез отказывался даже обсуждать в последние полгода.

Я тогда и удивился внезапным дипломатическим талантам нашего нацлидера. Как это он так «убедил» - на болевой, что ли, взял? Или блеснул красноречием? Как он заставил хитреца Лукашенку признать долг да еще и заплатить? И главное – чем, ведь у Белоруссии, как говорил тот же Лука, и денег-то таких нет??

И вот сегодня все прояснилось. Просто сведения о «договоренностях» между президентами выдавали дозировано. Чтобы публика, которая никогда не помнит, что было вчера, не могла бы сложить два и два.

Так вот – ларчик просто открывался. Сегодня сообщили, что на той же встрече в Питере лидеры двух стран договорились, что РФ… дает Белоруссии, во-первых, кредит в 1 млрд. долларов напрямую «лично от себя», и, во-вторых, Белоруссия получает еще два транша от ЕврАзЭС (то есть опять же от России, чуть более опосредованно) в сумме на 600 млн. долл. Белорусский министр финансов уже рассыпался в уверениях, что все кредиты даются на очень выгодных условиях и под маленькие проценты.

Другими словами, Лукашенко заплатит «долг»… нашими же деньгами. И получит «сверху» еще миллиард, видимо, «за моральный ущерб». «Союзника» в очередной раз банально купили. А если уж еще точнее – российскими бюджетными деньгами в очередной раз заплатили «Газпрому» - и это несмотря на то, что умники из Правительства клялись-божились больше никогда так не делать, поскольку в бюджете, как мы знаем, и так дефицит.

Словом, Лукашенко четко провел свою партию и снова получил от России все, что хотел.

Обидно то, что, когда власть в Белоруссии сменится, нам эти 1,6 млрд., естественно, никто и не подумает возвращать. Пример с Януковичем и тремя миллиардами – перед глазами.

МОСКВА, 13 апреля. /ТАСС/. Белоруссия погасила просроченную задолженность перед "Газпромом" за поставки газа в 2016-2017 годах в полном объеме - $726,2 млн, говорится в сообщении российского газового холдинга.

Отредактировано belle (2017-04-14 03:49:59)




Китай стягивает военную технику к границе с КНДР

Recent footage shows a lot of Chinese military vehicles deploying toward North Korea border

Запечатленная в видео дорога является трассой Шен Дэн, рядом с городом Шэньян, расположенным на северо-востоке Китая.
Данная дорога располагается недалеко от границы с Северной Кореей. Отмечается, что, вероятно, китайские военные развернули мощную ПВО на границе с КНДР вдоль реки Ялу.

Отредактировано belle (2017-04-14 04:28:46)



Впервые за 17 лет фонтаны Петергофа работают в снегопад. 13.04.2017

Отредактировано belle (2017-04-15 02:15:35)



На Оболони зацвела сакура … 9947813890

Отредактировано belle (2017-04-15 02:21:13)




В музее Москвы на выставке, посвященной военной и мирной жизни города, увидал я утюг. Самый обычный электрический утюг, который, как было указано на музейной табличке, произведен Московским производственным объединением «Электрозавод» имени Куйбышева в восемьдесят седьмом году прошлого века. Тотчас же вспомнилось мне, как в начале девяностых годов стоял я в очереди на этот утюг аккурат под восемьдесят седьмым номером. Я тогда жил в научном центре в городке Пущино-на-Оке и работал в одном из институтов Академии Наук. Дефицитные товары, которые каким-то образом доставались нашему институту по квотам, которые непонятно кто утверждал и непонятно кто распределял, мы у себя, в лабораториях, получали в порядке живой очереди. Не то, чтобы я жил без утюга и вечно ходил в мятых шнурках, но жена велела мне записываться во все очереди. Утюг, как говорится, и в Африке утюг и на него, при случае, можно было выменять что-нибудь полезное. Тогда все было полезным. Можно было и вообще обменять свое место в очереди на утюг на место в очереди на женские сапоги. Хотя на сапоги, конечно, вряд ли. В такую очередь нашего брата женщины не пускали. Впрочем, иногда без всякой очереди нам, на нижний уровень пирамиды, где обитали младшие и просто научные сотрудники, лаборанты, инженеры и рабочие экспериментальных мастерских, сбрасывали сверху какие-то уж совсем мелкие товары народного хозяйства вроде лампочек. Тогда мы накручивали бумажек, бросали их в чью-нибудь шапку, если дело было зимой или в большую плоскодонную колбу, если летом, и устраивали лотерею. Однажды к нам, в лабораторию, с верхних этажей пирамиды, вероятно по какому-то начальственному недосмотру, сбросили женские югославские сапоги на меху. Меня, понятное дело, не допустили к розыгрышу, поскольку моя жена у себя на работе могла выиграть такие же сапоги, а нашей молоденькой лаборантке не повезло – она их выиграла. Нет, деньги у нее, конечно, были. Тогда они были у многих, но вот одна из наших научных сотрудниц, проработавшая в институте лет тридцать, стала громко говорить, что у нее красный диплом и сорок лет беспорочной службы, и статьи в прекрасных журналах, и здоровье, которым она пожертвовала, и варикоз, который сразу отступит при виде югославских кожаных сапог на меху, и вообще, ей должны их дать просто за выслугу лет, а лаборантка еще молода и на ее веку разыграют еще сто тысяч пар сапог на меху и без него, туфель и даже мебельных стенок, которые она пусть себе и покупает, если такая богатая, как ее свекр, который работает строительным прорабом и каждый день домой на ужин приносит то кирпич, то ведро краски, то смеситель или даже два смесителя, а заслуженным научным сотрудникам, которым через год на пенсию и у которых, кроме войлочных ботинок, под названием «прощай молодость»… Лаборантка не растерялась и сама перешла в наступление, сообщив коллективу нашей лаборатории, что кое-кто хочет загрести сапоги раздора не себе, но своей невестке, у которой этих сапог столько, что хоть на руки надевай вместо перчаток, потому, что ее муж…
    Через какое-то время наверху решили, что строить нас в очереди для получения утюгов не имеет никакого смысла, поскольку стало не до утюгов, и стали давать талоны,* чтобы мы их отоваривали на свободной охоте за промышленными и продуктовыми товарами. В нашем маленьком научном городке немедленно появилась толкучка, где обменивали талоны. Мы обменивали ненужные нам талоны на водку на талоны на сахар или на носки, или на стиральный порошок, или на гречневую крупу. И все стало почти хорошо, насколько это могло быть хорошо тогда, в девяностые. Мне, как химику, на работе выдавали молоко из которого жена делала творог и даже сыр с помощью какой-то сырной закваски, которую можно было достать у микробиологов из соседнего института. Утюг у нас был, хоть и не новый. Жить было можно. И тут наш сын, который учился в девятом классе, поехал по обмену в Соединенные Штаты, пожить там в самой обычной американской семье неделю или две. У них в школе была программа обмена, по которой сначала наши дети ехали к ним, а потом их дети ехали к нам. Сын вернулся оттуда немного ошарашенный – он попал в семью простого американского адвоката и видел собственными глазами и слышал собственными ушами, как папа его американского друга Джима из машины по мобильному телефону заказал ужин в ресторане.
    Близился день приезда Джима и нам, чтобы мы могли достойно встретить американского гостя, выдали специальные талоны на шпроты, пачку индийского чая и банку майонеза. Это были не обычные талоны, с которыми можно было ходить и ходить в магазины, ожидая, пока в них завезут носки или, скажем, стиральный порошок, а такие, по которым в столе заказов выдавали сразу все – и чай, и шпроты, и майонез. Кто же мог тогда подумать, что Джим к чаю не приучен, а шпроты отродясь не пробовал. У них там, на побережье Атлантического океана, в штате Коннектикут, если и питались морепродуктами, то свежими. То есть сын нам, конечно, об этом говорил, но кто же поверит ребенку, что в здравом уме и твердой памяти можно отказаться от рижских шпрот, индийского чая и майонеза.
По плану кульминацией визита должен был быть праздничный обед, на который обещались приехать из Серпухова мои родители. Предполагалось, что будут развернутые выступления с американской и российской сторон с рассказом о близких родственниках, а так же показ слайдов и фотографий. Понятное дело, что мы к обеду подготовились. Купили для подарка родителям Джима тульский электрический самовар, расписанный красными и желтыми цветами по зеленому полю, матрешек и альбом с видами Москвы. Предварительные испытания самовара, сделанного из тульских пулеметных обрезков, выявили серьезную течь в кране. Пришлось в срочном порядке кран пришлифовывать. Шлифовальным порошком и рекомендациями по шлифовке меня всего за стакан спирта снабдил институтский стеклодув.
    Джим на правах гостя выступал первым. Рассказал о папе, простом американском адвокате, показал фотографию их двухэтажного дома, поведал о дедушке, увы, покойном, который тоже был адвокатом, о маме, о бабушке и даже о джипе, которым ему давал порулить папа. Сын старательно переводил для дедушки и бабушки. Предстоял рассказ сына о нашем семействе. Надо сказать, что его рассказ был обсужден и утвержден на семейном совете заранее. С фотографиями нашей квартиры на шестом этаже панельного дома и двух детских велосипедов можно было не суетиться. Джим уже все видел. Про меня рассказывать было просто – я химик. Работаю в институте. Супруга тоже химик. Работает в другом институте. Да мы и сами Джиму об этом давно рассказали. Бабушка – полицейский. С некоторым трудом Валера объяснил, что его бабушка ловит и воспитывает малолетних нарушителей закона. Как поймает, так и воспитывает, пока тем не надоест, и они не отправятся в тюрьму, подальше от бабушкиных нотаций. С дедушкой было сложнее. Дедушка, работавший главным технологом на военном заводе, категорически запретил рассказывать, кем он работает и чем занимается.
    После долгих споров сошлись на том, что он простой инженер. Работает на заводе. Простом и машиностроительном. У нас таких заводов пруд пруди. Стоит ли о них рассказывать? Так сын и доложил. И тут любознательный Джим возьми да и спроси: «А что Вы, Борис, делаете на этом заводе?» Отец побагровел. Снял очки и стал их протирать. Нашлась бабушка: «Валера, переведи Джиму, что дедушка делает мясорубки». И, правда, кроме корабельных радиолокаторов и приборов управления ракетной стрельбой, папин завод делал по лицензии итальянские электрические мясорубки. Тогда как раз выяснилось, что ракет у нас завались, а с электрическими мясорубками дело обстоит куда как хуже. Да и платили, если честно, за мясорубки лучше, чем за ракеты, за которые задерживали зарплату месяцами.
    Папа так облегченно вздохнул, что мог бы задуть не один десяток именинных свечей на торте, если бы вдруг случилась такая необходимость. Сын начал переводить. Как будет по-английски «мясорубка» он не знал, но выручил большой русско-английский словарь, который на этот случай лежал рядом. Наконец он перевел. Мы приготовились перейти к столу и тут дочь, молчавшая почти все это время, произнесла: «… и за выпуск мясорубок нашего дедушку наградили часами** и медалью к трехсотлетию российского флота». И усугубила свои слова смехом.
    Что же до утюга… Так он мне и не достался. Пользовались мы старым, пользовались, пока не купили новый и красивый – китайский. Тогда уже можно было купить любой – и китайский, и голландский, и немецкий, но денег было только на китайский.***

    *Талоны эти печатали почему-то на чистой обратной стороне географических карт. Сын все время пытался сложить из этих талонов какой-нибудь континент или страну. Однажды он сложил Ирландию.
    **Папины часы с нарисованным силуэтом атомного ракетного крейсера «Киров» и Андреевским флагом я носил много лет. С них потом облезла позолота и они стали отставать. В часовой мастерской, куда я их принес ремонтировать и заменять корпус, мне сказали, что новых корпусов у них нет и не будет. И по другим мастерским отсоветовали ходить. Часы, как оказалось, были выпущены очень небольшой партией. Вот и лежат они теперь дома, на заслуженном отдыхе, в черной бархатной коробочке. Крейсеру «Кирову» повезло меньше. Он выведен из состава флота и ожидает утилизации.
    ***До сих пор утюг производства Московского производственного объединения «Электрозавод» имени Куйбышева живет и работает у нас на даче. Гвозди бы делать из этих утюгов.

Отредактировано belle (2017-04-16 04:49:05)




Бакланы накосорезили

Известная российская газета "Молодой гопник" "Комсомольская правда", прослышав про интервью с французским кандидатом в президенты Э. Макроном, возбудилась и неожиданно пустилась в филологические исследования. Надо сказать, задача оказалась тяжелой, потому что пришлось анализировать не родную феню, на которую, вслед за высшим руководством, перешел уже почти весь российский истеблишмент, а какой-то французский язык, причем без мата.

Возбудилась газета, когда ей сообщили про фразу Макрона, что он сможет "me faire respecter" со стороны Владимира Путина. Поскольку дословный перевод me faire respecter может быть и "обеспечить соблюдение правил со стороны кого-то", и "заставить уважать себя", последовал меткий ответ:

Вам, наверное, трудно понять, что заставить уважать себя, говоря по-русски, означает «дать дуба», то бишь, умереть. Александр Сергеевич Пушкин писал об этом в «Евгении Онегине»: «Мой дядя самых честных правил, когда не в шутку занемог, он уважать себя заставил…»

Тут, конечно, самодельные, но гордые, филологи дали сильного маху. Потому что мало ли какое французское слово как звучит по-русски, например, французское "я потерял" по-русски будет звучать так, что вся редакция "Комсомольской правды" вместе с МИДом и Минкультом животы от радостного смеха надорвут. Так что ж теперь, французам этих слов избегать? Теперь насчет "Евгения Онегина". Стало быть, А.С.Пушкин хотел сказать вот что:

Мой дядя самых честных правил,
Когда не в шутку занемог,
Он умер,
И лучше выдумать не мог.

Вот такая загогулина, паньмаешь. Ну, не знаю, может быть, именно такую загогулину Пушкин и завернул. Правда, Онегин в момент написания этих строк о смерти дяди ничего не знает, а, наоборот, думает, что застанет его в живых. А "уважать себя заставил" вообще может быть галлицизмом у Онегина, который по-французски-то лучше знал, чем по-русски. В общем, оставим этот спор пушкинистам, братва редакционная завсегда сможет забить стрелку и перетереть этот базар по уму с козырными авторитетами от литературы.

Но после этих высоколобых рассуждений, газета переходит на свое излюбленное поле, где она может дать по бубнам любому фраеру.

если откровенно, в России трудно воспринимать мужчину с именем Эммануэль как жесткого, брутального, волевого мужчину. И этому очень поспособствовали ваши соотечественники. Ну как же? «Эммануэль», «Прощай, Эммануэль», «Эммануэль, урок наслаждения» и т.д.

Вот тут типа в цвет попали, срезали, подогнали этим французикам деревянный макинтош. Ну в натуре, кому нужен не жесткий, не брутальный президент? И амфор с моря не достанет, и даже за руль "Лады-Калины" забздит сесть. А главное – что сразу приходит на ум российскому журналисту, когда он слышит имя Emmanuel? Ну правильно, он сразу думает о годной шмаре, чтобы там булки шедевральные, буфера, вот это все. Ну не Канта же он будет вспоминать! Это все нормальный ход. Но засада в другом!

Эмманюэль-то эта, которая с булками наслаждения, она по-другому пишется, чем имя Макрона, и тут с этим французским реальный ливер. А ну как эти французы тоже окраску сменят, начнут быковать, чиста как наш ну, дипломат на толковище в ООН? Напишут про Путина, что, если откровенно, во Франции трудно воспринимать мужчину с фамилией Putin, которая и произносится как putain – и чо тогда, тоже он типа не жесткий, не брутальный, не волевой? Получается, что подставили-то авторитета нашего!

Нет, конкретно, какую-то поганку завернули эти бакланы из газеты, быка запороли. Такой косяк! Поставить бы их на правилку...

Отредактировано belle (2017-04-17 00:50:21)




ИВ МОНТАН "Под небом Парижа" (Старый Париж)

Битком набитый вагон метро, в котором протискивается между нами – мрачными, уставшими, едущими домой с работы - давно небритый обтерханный мужичок лет пятидесяти в спортивных штанах с лампасами, пахнущий так, что можно прослезиться, виртуозно играющий на тульской трехрядке с облупленным перламутром песню "Под небом Парижа", которой его научил то ли отец – токарь военного завода, выпивавший только по выходным и игравший на скамейке во дворе перед соседскими бабками; то ли он выучился играть в кружке при доме пионеров, чтобы поразить свою одноклассницу, а ее, дурищу, можно было поразить только вареными джинсами; то ли сам разобрал по самоучителю, воображая себя Ивом Монтаном, чтобы потом с этой песней сдать вступительный экзамен в музыкальное училище и, наверное, даже и сдал, но… что-то потом не сложилось - то ли заигрался на свадьбах, куда его стали постоянно приглашать, то ли решил быстро заработать кучу денег на торговле турецкими кожаными куртками, но прогорел и влез в долги, то ли уговорил одноклассницу выйти за него замуж, а она оказалась стервой и он начал пить, то ли начал пить заранее, не дожидаясь женитьбы на однокласснице… и теперь протискивается между нами – мрачными, уставшими, едущими домой после работы в битком набитом вагоне метро – и собирает мелочь в полиэтиленовый пакет.

Отредактировано belle (2017-04-17 02:57:08)